Несгибаемый Исайя. Жизнь и смерть пророка Исайи

Пророк ИсайяЧитатель вправе нам не поверить, и, тем не менее, мы заявляем: пророк Исайя был известен каждому советскому школьнику. Не знакомясь специально с историей древней Иудеи, не штудируя Ветхий Завет, оставаясь бодрым пионером, активистом и тимуровцем – знал. Хотя о подспудном своём знании не догадывался, а про Исайю думал, что имя это презабавное и из употребления вышло. И все же – знал, как знает и читатель. А все потому, что сочинение Пушкина «Пророк» входит в школьную программу.

Когда родился пророк Исайя

Исайя родился в Иерусалиме примерно в 765 году до н.э. и мог почитаться счастливым уже потому, что, в отличие от многих других пророков, прожил в этом городе всю жизнь, не зная изгнания и плена. Он вышел из аристократической среды, близок ко двору и пережил четырёх царей Иудейских: Озию, Иоафама, Ахаза и Езикею.

В год смерти первого царя, в 740 году до н. э., когда Исайя молился в храме, было ему видение. На высоком престоле восседал Господь, и края Его риз заполняли весь храм. Возле Него находились Серафимы, двумя крылами прикрывавшие ноги, двумя другими закрывшие лицо и, наконец, с помощью последней пары летавшие.

Исайя не на шутку испугался: он не имел столь особых заслуг, чтобы сподобиться подобного зрелища. «Горе мне! Погиб я! – закричал он. – Ибо я человек с нечистыми устами и живу среди народа также с нечистыми устами – и глаза мои видели Царя, Господа Саваофа».

Вот тут-то на помощь скромному богомольцу и подлетел серафим. Неожиданно обнаружив ещё и руки, он взял клещами с жертвенника уголь и коснулся им уст Исайи. Этим, собственно, и ограничилась картина «членовредительства» (остальные мучения, выпавшие на долю пушкинского пророка, целиком болезненности этой операции он и не упоминает, ему важнее неправоту и нести им Свою волю).

«Злодеи злодействуют, и злодействуют злодеи злодейски»

В те годы Иудеей правил, молодой царь Ахаз. Говорят, он предавался столь крайнему нечестию, что понастроил всюду алтарей языческих и даже собственных детей приносил в жертву чужеродным идолам. Об эту пору соседняя Сирия стала поглядывать на Иудейские земли с нескрываемым аппетитом, и нечестивый царь не на шутку обеспокоился. Он решил обратиться за помощью к Ассирии.

Желая предостеречь Ахаза, к нему явился Исайя. Он предрёк скорую гибель сирийскому царю, а собственному советовал рассчитывать не на силу оружия, а на помощь Божью. И для подкрепления своих слов предложил просить у Господа знамения. Однако Ахаз, выждав малое время, все же послал за ассирийцами. Те не стали ломаться и тут же заняли Сирию. А заодно и Галилею. Иудея оказалась в полной зависимости от своей «спасительницы». Ничто уже не сдерживало языческих симпатий иудейского царя, и вскоре многие из его подданных забыли о своём предназначении и Боге.

«Не носите больше даров тщетных!»

Однако некоторые элегантно совмещали новомодные верования и некое подобие прежней веры. Они приносили жертвы и Саваофу, скрупулёзно соблюдали обряды и ритуалы. И тогда устами Исайи вновь заговорил Бог.

Причём сказал такое, на что решится мало кто из церковных реформаторов: «К чему мне множество жертв ваших? Я пресыщен всесожжениями овнов и туком откормленного скота; и крови тельцов и агнцев… не хочу. И когда вы простираете руки ваши, я закрываю от вас очи мои… ваши руки полны крови. Омойтесь, очиститесь, престаньте делать зло… ищите правды; спасайте угнетённого; защищайте сироту; вступайтесь за вдову. Тогда придите, и рассудим».

«Вот отрок мой»

Согласимся, для восьмого века до нашей эры (для сравнения: об эту пору в Греции творил Гомер) установка довольна неожиданная. И все же славу в веках Исайя стяжал иным: своим знаменитым мессианским пророчеством – о грядущем рождении Младенца из рода Давидова: «Се Дева во чреве примет и родит Сына».

Скорее всего, сам он полагал, что Спаситель рода иудейского явится в царской семье. Возможно, даже имел в виду следующего царя, Езекию, с которым связывал (и небезосновательно) надежды на восстановления веры. И уж конечно, не предполагал, как сбудется его предсказание в далёком будущем. Удивительно, (так в еврейском оригинале) как «деву», никто за язык не тянул, однако задолго до рождения Христа они допустили в свои тексты эту странную «ошибку». Так пророчества Исайи оказались основными ветхозаветными текстами о пришествии Христа.

Все не слава богу

Тридцати шести лет от роду царь Ахаз внезапно умер. Наследовал ему сын, Езекия. Он приблизил к себе Исайю, тем более что сам был ярым ревнителем старой, истиной веры. Царь не только боролся с язычеством – он разрушил даже многие жертвенники Яхве, опасаясь, что поклонение идолу лишь помешает чистому религиозному чувству.

Однако по мере того, как в стране наводился порядок, ее границы становились все более беспокойными. Прежний ассирийский царь умер, подчинённые ему правители стали выходить из повиновения. Однако Сеннахирим, новый ассирийский царь, не желал сдавать прежних позиций. Он разорил мятежный Вавилон и двинулся на Иудею. Многие города были взяты, сотни тысяч уведены в плен. Про Езекию он хвастливо писал: «Самого же его, как птицу в клетке, в Иерусалиме, его царском городе, я запер». Езекия откупился огромной контрибуцией, но через 10 лет ассирияне вернулись и осадили Иерусалим.

Каждому по вере его

К тому времени положение Исайи при дворе значительно упрочнилось: ему удалось излечить умиравшего царя, и тот доверял ему абсолютно. Однако совет Исайи смутил Езекио. Тот, как и прежде, велел во всем положиться на веру, о превосходящих силах противника не кручиниться и планы грядущего сражения не обдумывать. Езекие поступил именно так.

Ассирийские послы были удивлены неуступчивостью «запертого в клетке» иудея и не без иронии спрашивали: «Что это за упование, на которое ты надеешься?.. А если скажешь: на Господа Бога нашего, мы уповаем, то на того ли, которого высоты и жертвенники отменил Езекия?» (Надо полагать, слух о более чем решительных действиях Езекии на ниве религиозных реформ дошёл и до Ассирии.)

… В окрестностях Иерусалима в соответствующих временных пластах археологи обнаружили единовременное захоронение огромного войска – загубленного отнюдь не искусством противника, а, по-видимому, какой-то страшной эпидемией. Так полагают современные учёные. У Исайи же на этот счёт была иная точка зрения: «Ангел Господень поразил в стане, ассирийском сто восемьдесят пять тысяч человек… и отступил Сеннахирим».

Добавим к этому, что когда ассирийский царь молился в храме перед идолом, то был зарублен собственными сыновьями.

«Сойди и сядь на прах, дочь Вавилона»

Последнее, впрочем, для Исайи никак не могло оказаться неожиданностью. Мы помним, как он относился к идолопоклонникам: кусок дерева или золота, как бы искусно ни был он обработан руками человеческими, ни спасти, ни защитить не может. А то, что язычник пал непосредственно ку подножия своего бессильного божка, – что ж, в этом была своя, пусть ироническая логика.

И хотя нашему читателю это, быть может, и не понравится, но Исайя оказался столь последовательным, что не жаловал и вавилонские увлечения астрологией и даже предрекал Вавилону гибель за его пагубные и нечестивые пристрастия. «Оставайся же с твоим волшебством и со множеством чародейств твоих, – обращался он от Божьего имени к соседней стране, – которыми ты занималась от юности твоей; может быть, пособишь себе, может быть, устоишь. Ты утомлена множеством советов твоих, пусть же выступят наблюдатели небес, и звездочёты, и предвещатели по новолуниям и спасут тебя от того, что должно приключиться тебе». Увы, могучий Вавилон, как знаем, не устоял…

«Когда народы, распри позабыв…»

О кончине Исайи мы можем судить по более поздним, уже христианским текстам. Говорят, она была мучительна. После смерти благонравного Езекии трон наследовал Манассия, которого суровые наставления пророка и его постоянные упрёки сильно раздражали. Желая заставить Исайю отречься от своих слов, царёвы слуги его пытали и, не преуспев, распилили надвое деревянной пилой.

Исайя о пощаде не молил, «не кричал и не плакал, ибо уста его говорили с Духом Святым».

И все же, даже приняв на веру этот апокриф, не спешите сокрушаться духом, говорить, что таков общих путь достойных людей в мире, где все «страх, петля и яма». Ведь утешение нам дал сам Исайя. Говоря о будущих судьбах мира, он провидел то время, когда «волк будет жить вместе с ягнёнком, и барс будет лежать вместе с козлёнком; и телёнок, и молодой лев, и вол будут вместе, и малое дитя будет водить их». Все это случится, когда на землю придёт Спаситель.

В ряду иных ветхозаветных пророков Исайя стоит особняком. Он не жалует язычников, не щадит врагов Израиля, но ожидает не того времени, когда истинно верующие блаженно воссияют на костях неверных – не это, по его словам, судьба и роль избранного Богом народа.




… Нью-Йорке, на стене против здания Организации Объединённых Наций, начертаны удивительные слова – то ли пророчество, то ли мечта: «И перекуют они мечи свои на орала, и копья свои – на серпы: не поднимет народ на народ меча, и не будут более учиться воевать». Их автор – ветхозаветный пророк Исайя, который задолго до Христа заявил, что Бог – не гневливый учитель, наказывающий нерадивого ученика, а суровый отец, иногда тяжёлый на руку, но неизменно верящий в Своё дитя, способный его простить и, главное, очень его любящий.

Автор: Екатерина Деточкина

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *